 |
|
Размышления о... смысле жизни. Выпуск 3 |
|
В отличие от первого выпуска, посвященного историко-философской проблематике, и второго – психологического сборника, настоящий выпуск исследует один из центральных феноменов этики – смысл жизни. В сборнике анализируются некоторые теории великих мыслителей прошлого, а также выдвигаются самобытные авторские концепции. Кроме того, впервые появилась рубрика откликов на предыдущие работы авторов альманаха. Издание рассчитано на читателей интересующихся актуальными вопросами философии, этики и духовного самосовершенствования. |
Содержание Борчиков С.А. Смысл жизни на рубеже веков (вместо предисловия) Наталина А.Ф. Покаянье Подзолкова Н.А. Предновогоднее Соколов А.Е. – Борчиков С.А. Смысложизненные параллели Борчиков С.А. Жизнь смысла Днепровская И.В. Между мыслью и жизнью Захарова Т.Г. Мы живем в наилучшем из возможных миров? Маслихин А.В. Смысл жизни человека Обратная связь
|
|
Смысл жизни на рубеже
веков “Найти” смысл жизни значит сделать
так, С.Л. Франк Основная идея предлагаемого выпуска альманаха насколько проста по форме словосочетания “смысл жизни”, настолько сложна по содержанию, за этими двумя словами стоящим. За тысячелетия человеческой истории о смысле жизни так много всего написано, что кажется: можно ли сказать ещё что-то новое в этой области этической культуры? А в XX веке тем более – после одноименных фундаментальных трудов Е.Н. Трубецкого и С.Л. Франка. Вместе с тем каждая эпоха привносит что-то своё в данную проблематику. Начало и середина XX века были ознаменованы стремлением человечества к глобальным экономическим, политическим и культурным статуарам: коммунизму, национал-социализму, единой теории относительности, космизму, ООН, решению глобальных проблем человечества (Римский клуб) и т.д. Это на теоретическом уровне отразилось в работах Трубецкого [2] и Франка [3], устремленным к основательным и абсолютным смысложизненным статуарам, самым величественным из которых является “Бог”. Конец же ХХ века характеризуется небывалой ломкой тотально-статуарной идеологии и динамизмом духовной и интеллектуальной жизни, с кинематографической быстротой меняющей одни ценности на другие. Инверсия и совмещение противоположностей, плюрализм мнений, уникальность индивидуальной жизни – вот ценности конца ХХ века. Парадоксальность многих инверсий поражает. Коммунизм и фашизм как самые “величественные” смыслы жизни, поразившие две великих нации, а затем и всё мировое сообщество, вдруг превращаются в нечто злосчастное и отвергаются этим же сообществом. Торжество человеческого разума – атомная энергетика, космонавтика, кибернетика влекут глобальные аварии, катастрофы, непомерное бремя затрат и порабощение личности. Даже религии с их идеологическими претензиями глобального всеединства, оказываются неспособными к такому единству, бесконечно споря между собой за право вещать истину и не в силах противиться тому появлению всевозможных духовных микрообщин, в которых человеку теплее и уютнее. Парадоксальность и текучесть многих жизненных, социальных, духовных и умственных реалий всё больше и больше заявляет о себе, вынуждая задуматься о парадоксальности и самого феномена “смысл жизни”. Для большинства мыслителей прошлого категория “смысл жизни” противостоит категории “бессмыслица”. Обе эти категории тоже статуары, между которыми располагается предметное поле смысложизненной проблематики. К примеру, Трубецкой и Франк начинают свои труды, постепенно переходя от одной категории (“бессмысленности бытия”) к другой (“смыслу жизни”). Но современным философам всё более очевидно, что противостояние этих категорий относительное. С одной стороны, сама “бессмыслица” становится определенным, специфическим, сознательно культивируемым “смыслом” жизни некоторых групп людей: политических и идеологических партий, авангардных и модернистских проявлений культуры, молодежных и псевдорелигиозных движений. Притягательность саморазрушительного характера такого бессмысленного смысла жизни заразительна. Один аномальной пример мировоззренческой установки на наркоманию чего стоит. Но и нормальный пример наиболее распространенного этического тезиса “смысл жизни – сама жизнь” демонстрирует уход от смысла жизни к радостной бессмысленности непосредственного бытия. С другой стороны, "смысл жизни" оказывается внутри самого себя бессмысленным сочетанием несочетаемого – нонсенсом. Как круглый квадрат, например. Квадрат – нечто некруглое, а круглое не может быть квадратом. Жизнь есть жизнь, и она не может стать смыслом – вечным, идеальным, абсолютным. Смысл есть смысл, и он тоже не может стать жизнью. В крайнем случае, что-то вечное, идеальное и абсолютное: добро, красота, истина, любовь, Бог, – представляют нечто надбавляемое к жизни. Бессмысленность феномена “смысл жизни” не означает его недействительности или неосуществимости. Более того, даже наоборот, это означает его осуществимость, несмотря на бессмысленность и даже благодаря ей, – осуществимость в качестве реально действительного “нонсенса”. В этой парадоксальной диалектике – самый главный вклад конца ХХ века в теорию смысла жизни по сравнению с аналогичными теориями даже начала века. Из теоретиков, может быть, непосредственно не развивающих категорию "смысл жизни", но во всяком случае повлиявших на методологический базис отмеченного теоретического крена, можно отметить Жиля Делёза, введшего в оборот понятия “нонсенса” и “события” – как особой парадоксальной онтологической единицы бытия [4]. Один из идейных вдохновителей мирового гуманистического движения Пол Куртц для обозначения современного гуманизма ввел понятие “юпраксофии”, парадоксально сочетающее в себе “софию” и “практику” [5]. На Философском семинаре [6] в г.Озёрске утвердилась идея “практического идеализма”, в чем-то родственная “юпраксофии”. Возможно, в идеальном мире должны витать любовь и божественная гармония. Возможно, в практическом мире должны господствовать трезвый расчет и холодный ум. Но душа и вера останутся блефом, а праксис и материальная выгода – миражом, если и те и те не будут трансформироваться в сингулярные события. События, которые давали бы начало регулярной серии, соединяющей в себе живой духовный подвиг с материальной основательностью про-бытия в этом мире. Нельзя сказать, что предлагаемый выпуск альманаха демонстрирует торжество идеи “практического идеализма” в качестве смысла жизни. Слишком молода еще эта идея и требует апробации временем. К тому же не все авторы данного выпуска – участники семинара и разделяют все его наработки. Тем не менее многие новаторские идеи служат демонстрацией отмеченных тенденций. Открывает сборник поэтический опыт Александры Наталиной, который служит как бы эмпирическим эстетическим приготовлением к теоретическому дискурсу. Далее следуют жизнемыслительные медитации Наталии Подзолковой и параллельные, диалогические раздумья Андрея Соколова и Сергея Борчикова, обыгрывающие парадоксальность смысложизненной проблематики. Следующую пару текстов составляют философские эссе Сергея Борчикова и Инессы Днепровской, представляющие теоретическую рефлексию в её искони сокровенной и уникальной форме. И ещё две статьи – Татьяны Захаровой и Александра Маслихина, выполненные в академическом духе, завершают основную часть сборника теоретическим анализом категории “смысл жизни”, показывая грани подходов к этой сложной проблеме в мировой философии и уроки, которые надлежит извлекать из истории мысли. Впервые в альманахе введена новая рубрика “Обратная связь”. Здесь публикуются два отклика: один – Инессы Днепровской – представляет критические заметки по поводу 2-го выпуска альманаха, другой – Ларисы Морозовой – является оригинальным философским произведением, написанным по поводу работы С. Борчикова “Мой Бог” из литературно-философского сборника “На грани” – одного из приложений к "Размышлениям о..." Авторский коллектив надеется, что он не только наметил попытки решить некоторые проблемы смысла жизни, обозначенные в ХХ веке, но и сделал определенный проброс вариантов решений в век ХХI. Примечание
|